Главная / События / Здесь звучали Глинка, Даргомыжский…

Здесь звучали Глинка, Даргомыжский…

Говорят, что мелодичная музыка из стен крепости лилась по всему аулу, что было совсем непривычно для слуха горца. Заглянем в XIX век. Гуниб. Дом-крепость. Звучит пианино…

История самого дома началась после окончания Кавказской войны. Русские войска начали строить крепость в Гунибе с двумя воротами: верхние – ворота Шамиля, нижние – ворота Барятинского. А известный хирург Николай Пирогов, который служил на Кавказе, рекомендовал сыну императора Александра II, великому князю Павлу Романову, лечиться именно в Гунибе со словами: «Его даже лечить не нужно, ему просто надо жить в Гунибе».

И в 1862 году в ауле начали строить двухэтажный дом на европейский манер, стены были двухметровой толщины. Мебель, посуду и всё прочее доставили из Петербурга. После революции в здании располагалась больница, а во время Великой Отечественной войны в нём размещался госпиталь, куда привозили на реабилитацию выздоравливающих после ранения красноармейцев. С 1975 по 1985 годы здесь располагались РОВД и районные учреждения, а потом здание было передано в ведение управления образования района, сегодня в нём два зала занимает Пенсионный фонд, а десять пустуют. Планируется реставрация здания.

Мы уже рассказывали историю жизни в Гунибе писательницы Ольги Форш. Из окна своего дома, висящего над пропастью, маленькая Ольга видела и скалу Спящая красавица, и реку Кара-Койсу, и хребет Турчи-Даг, где некогда был разбит Надир-шах. Прогулки в берёзовом лесу, журчание чистой, как слеза, речушки, крепостные стены с башнями и бойницами, оклики часовых, голубые восходы и оранжевые закаты – всё это оставило яркий след в душе девочки. В этом же доме жила и семья Кармалиных. Генерал Николай Кармалин прибыл вместе с супругой, оперной певицей Любовью Ивановной.

Директор Гунибского историко-краеведческого музея (филиал Национального музея РД им. А. Тахо-Годи) Патимат Алискандиева рассказывает о жизни известной в светских кругах России XIX века певицы, собирательнице народных песен, в том числе песен народов Дагестана. Она была ученицей корифеев русской музыки Глинки, Даргомыжского, дружила с композиторами «Могучей кучки» – Балакиревым, Римским-Корсаковым, Мусоргским, Бородиным и Кюи. В 1856 году Любовь Кармалина выступила в двух публичных концертах. В том же году уехала во Флоренцию, где совершенствовалась в пении, и вскоре стала выступать на эстраде как пианистка и певица. Исполняла арии из опер итальянских и французских композиторов, а также романсы Глинки и Даргомыжского.

С её появлением в крепости началась другая жизнь. Этот отпечаток светскости сохранился в Гунибе, и великая русская культура прижилась здесь больше, чем где-либо в горах Дагестана. Фотографии, картины, предметы быта, мебель, представленные в музее, открывают не известные для многих страницы истории. Здесь же и пианино, на котором играла певица.

– Благодаря уникальной природе, климату, воцарившейся безопасности Гунибская крепость привлекала русскую интеллигенцию: художников, учёных, путешественников. Сосланные на Кавказ дворяне также старались попасть на службу в Гуниб, – рассказывает Патимат Алискандиева. – Чёрное германское пианино связывают с пребыванием в Гунибе Любови Кармалиной, урождённой Беленицыной, жены начальника военного округа Николая Николаевича Кармалина. Она родилась в дворянской семье в Гатчине, училась в Екатерининском институте в Петербурге, где обучалась игре на фортепиано и пению. Несколько лет Любовь Ивановна совершенствовала искусство пения в Италии. В её репертуаре были главным образом произведения композиторов – членов «Могучей кучки». Прибыв в Гуниб вместе с мужем, она перенесла сюда и особенную атмосферу питерских музыкальных салонов.

В 1873 году в письме, адресованном Балакиреву, Кармалина писала:

«Милый Алексеевич! Прошу Вас возвратить мне мои лезгинские мелодии – я хочу их проверить: завтра днём у меня будут поющие лезгины в 5 часов. Конечно, если бы Вы вздумали прийти, то были бы, как и всегда для меня, самым дорогим гостем. Но смею ли на это рассчитывать? И потому ожидаю сама внизу ответа, когда Вы мне возвратите и мелодии, и русский перевод».

Композитор А. С. Даргомыжский обращался в письме к Кармалиной воспоминаниями:

«Помните ли вы вечера у Глинки? Как мы заставили его плакать над дуэтом из «Русалки?» Помните, с каким ревнивым чувством слушал он игранную нами увертюру, хоры?».

Также он писал: «Видеть и слушать таких дивных исполнительниц моей музыки, как Вы, было для меня необходимостью, давало новую силу моему творчеству».

«Слышать её мало: её надобно слышать и видеть, – писал композитор А. Серов. – Вся музыкальность её души передаётся оттенками её игривой физиономии, фантастически-воздушной и неуловимой в очертаниях; как в её логике есть всегда что-то пленительно-грустное, так и в голосе её слышится постоянно слеза, то явная, то затаённая».

После возвращения с Кавказа семья Кармалиных поселилась в Петербурге, а в 1887 году переехала в имение Кобрино. Любовь Ивановна умерла 21 мая 1903 года от чёрной оспы.

…Удивительно, сколько событий может быть связано, переплетено между собой и сосредоточено в одном предмете, который за своё историческое прошлое стал экспонатом.

Источник "Дагестанская правда".

Автор Малика Курбанова.